Бетховен и Сальери

Бетховен был старым растафараем – убирался прямо за роялем.

За роялем темно, пыльно и моль грызет чей-то старый парик. Бетховен мучительно завидует Баху, у которого есть орган. Самое гнусное знаешь что? Когда убираешься за роялем, то любой может видеть твои ноги, торчащие под роялем. А за органом можно убираться хоть вдесятером, и никто не спалит.

В тот момент, о котором идет речь, Бетховен работает сторожем в церкви. Вот сейчас он убирается за роялем, на котором Сальери играет свою дурацкую музыку. Даже неискушенный слушатель, конечно, узнал бы знаменитую Лунную Сонату, но Бетховен мало того, что глух – он к тому же совершенно не разбирается в музыке.

Но вот Бетховен выходит из-за рояля, и мы видим, во что он одет. На нем шерстяные подштанники лично от Гитлера и огромный парик с дредами. Полированные сапоги отбивают марш армии возмездия. У него под ногами путается мерзкая плешивая болонка по кличке Сальери. Эта болонка – киборг, посланный на Землю с миссией убить всех людей. Но Галактический Центр просчитался – люди оказались в сотни раз больше, чем казалось в телескоп, и вместо того, чтобы ходить по планете и жрать всех подряд огромными челюстями, болонка вынуждена влачить жалкое существование маленького тупого животного. Единственным утешением этого горе-терминатора служит бетховенская дурь.

Бетховен подходит к Сальери, глупо хихикая.
– Чо играешь, баклан? Опять КГ/АМ написал?
– Это новая соната Боба Марли, друг мой. Называется "Пабло, хватит добить эту херь". Как тебе?
– Что?!! – орет глухой Бетховен, – слушай, Сальери, заебал! Идем лучше искать блядей!
– Иди, – печально отвечает Сальери, – я остаюсь.
– Что?!!! Я говорю, идем искать блядей!!!
Сальери отворачивается. Бетховен выходит и Сальери слышит, как тот затевает драку с уборщицей.

Уборщица не любит Бетховена за то, что он знает секрет ее происхождения: Бабка – инопланетный киборг, посланный расой роботов с целью убить всех людей. В принципе, это очевидно любому торчку-отморозку – достаточно обратить внимание на ее походку, чтобы понять, что конструкторы местами переборщили с броней, а вот плазменных пушек дали всего две (хотя лучше бы штук восемь). Бетховен, как старый растафарай, сразу все понял. И, кстати, так ей и заявил, что, дескать, шестеренки у нее уже сточились, а конструкторы вообще полные имбецилы – всего две плазменные пушки, да еще и с таким узким углом обстрела, и зачем ей столько брони, особенно здесь и здесь (Бетховен тыкнул пальцем) – она ведь еле ходит... Короче, уборщица страшно не любит Бетховена. А Галактический Центр просчитался. Уборщица оказалась неудачной моделью для убийства всех людей, но отзывать ее обратно никто не стал – всем похуй.

Сальери задумчиво забивает охуенный Кануд, раскуривает его и тихо наигрывает регги из репертуара Боба Марли. Он во фраке, на голове – цилиндр. Сальери – киборг из другой галактики, посланный на Землю с миссией убить всех людей. Прибыв на планету и немного осмотревшись, Сальери составил план действий – он напишет опус под названием "666 крышедробильных пьес для рояля". Клянусь своей треуголкой, я им покажу, что такое дырка в мозгу! – думает Сальери, – они будут рыдать над каждым звуком!

Но Галактический Центр просчитался. На Земле Сальери познакомился с Бетховеном. И бетховенской дурью. И неизбежно стал Абсолютно Шизоидным Торчком-Отморозком. Прошло уже шесть лет, а он написал всего несколько десятков сонат и дюжину симфоний. (Кстати, остальные пятьсот произведений он собирается беззастенчиво сбоянить у Боба Марли). К сожалению, люди – и это очередная ошибка ГЦ – не поймут музыки Сальери. Они, оказывается, вообще не любят музыку, предпочитая вино и блядей.

Бетховен тем временем зажигает с блядями. Сальери не знает, что Бетховен – тоже киборг из другой галактики, посланный на Землю с миссией убить всех людей. Галактический Центр дал ему с собой мешок дури и полированные сапоги. Галактический Центр – те еще торчки – даже не подумали, что Бетховен вознамерится скурить все сам.

Сальери не любит Бетховена. Он считает его злобным глухим ублюдком, и отнюдь не ошибается. Кстати, еще недавно Бетховен не был глухим. Это Сальери подлил ему ацетона в ушные капли. (Как известно, ацетон для киборгов – смертельный яд. На ранних стадиях отравления киборги глохнут. Если вы киборг, можете проверить на себе). Поэтому Бетховен довольно скоро умрет в объятиях какой-то лысой бляди.

Сальери любит музыку больше всего на свете. Даже больше блядей. Наверно. Сальери задумчиво играет регги. Он думает о блядях и печаль овладевает его сердцем. Как странно устроена местная цивилизация... Все люди в какой-то мере бляди. Независимо от пола и возраста. Кто-то продается за деньги, кто-то – за идею. Кто-то торгует телом, кто-то душой... Самые охуевшие бляди умудряются торговать и тем, и другим. А хорошая блядь даже в аду найдет, что продать чертям. Сальери плачет. Ему стыдно за людей, устроивших такое омерзительное блядство на целой планете. И он бы хотел убить всех этих несчастных человеков, но у него это не получится. Бетховен уже подсыпал нафталина ему в дурь. (А как известно, нафталин – смертельный яд для киборгов. Можете проверить на себе). Скрипка падает из рук Сальери. Он смотрит куда-то вдаль остекленевшим взглядом. Пахнет нафталином.